На главную страницу.

Моральный облик былинного богатыря Дуная Ивановича

Цикл былин о Дунае Ивановиче состоит из 3-х сюжетно связанных между собой произведений: “Дунай и Настасья-Королевична”, “Бой Дуная с Добрыней”, “Дунай сватает невесту Владимиру”. Этот цикл был одним из наиболе популярных былинных циклов Руси. Известно, например, более 100 вариантов былины “Дунай сватает невесту Владимиру”. Но если популярность цикла былин об Илье Муромце вполне объяснима (Илья – защитник отечества, оплот справедливости, идеал русского воина, заступник, о котором мечтает русский народ), то популярность былин о Дунае у современного человека вызывает, как минимум, удивление. Почему русский народ сделал его своим героем? Почему вообще существуют эти былины про Дуная? Тут нужен подробный анализ.

“Дунай и Настасья-Королевична.”

Ходил Дунаюшко да из орды в орду,

Из орды в орду да из земли в землю;

Во-первых, из текста былины видно, что Дунай не воин. Он – бродяга

Пришел Дунай к королю в орду.

У “короля в орде” он работал слугой, причем, сделал карьеру, в том числе и потому, что спит “с Настасьей-королевичной”.

Король устраивает пир, и “не зовут Дуная на почестен пир”. Действительно, с чего бы на пир для знати звать прислужника, пусть даже и из королевских новых сеней? Но Дунай самовольно идет туда. Он хочет доказать, в первую очередь самому себе, что он ровня всем этим панам, ведь его ласкает сама королевична! Настасья предчувствует беду и всячески его удерживает:

Но гордыня делает Дуная глухим к разумным советам. Вот он на королевском пиру. “Он садится, Дунай да за средни столы.” Стоит сравнить это с поведением на пиру других былинных богатырей: они либо занимают самые почетные места, либо, конспирируясь (переодетые в калик перехожих) или вставая в позу обиженного властью, садятся в дальнем углу, на печечку – то есть на самое непрестижное место. Но это всегда выделение. – вот он, богатырь, на особом месте. Стереотип поведения Дуная уже здесь не соответствует богатырскому.

Далее, в соответствии с былинной традицией,

Только наш герой ведет себя не как все:

Может быть именно этим в былине и выделяется его богатырская особость? Нет. Поясню, почему.

Русский былинный богатырь, конечно, не обжора (это прерогатива Тугарина Змеевича, Калина-Царя и прочих отрицательных персонажей, проявляющих, в том числе и неумеренным обжорством, свою некуртуазность). Но ест былинный богатырь помногу. А не пить на пиру он вообще не может. Питие зелена вина – один из стереотипов богатырского поведения. Это своего рода тест для богатырей. Сперва богатырь выкушивает чарочку в полтора ведра, а то и поболе, а потом он должен вести связно беседу, решать какие-то важные вопросы. То есть, употребление весьма большого количества алкоголя не должно замутить витязю рассудок, только тогда он достоин уважения и своего богатырского статуса.

С Дунаем происходит обратное. Он вина НЕ ПЬЕТ. То есть, помня слова Настасьи, опасается, выпив, сболтнуть лишнего.

Внимательный хозяин (король) спрашивет Дуная: “что же ты, Дунаюшко, не ешь, не пьешь?”. Это же ласковое обращение к любимому слуге! Но Дунай слышит не то, что ему говорят, а то, что он боится услышать. Он так напряжен, так неуверен в себе, что слышит в словах короля обидный для себя подтекст: “Что же ты не ешь, не пьешь, не хвастаешь? Или нечем тебе похвастаться?” И он начинает отвечать на этот несуществующий на самом деле подтекст:

Так, описывая свою предыдущую жизнь, перечисляя, чего у него нет, выплескивая таким образом свою обиду на еще не оценивший его по достоинству белый свет, он накручивает себя все сильнее и, в конце концов, бросает им в лицо то единственное, чем он только и может гордится: “Сплю со душенькой с Настасьюшкой с королевичной”.

Так король, ни с того ни с сего, получает от любимого слуги такое признание – настоящий скандал! И ведет себя король вполне естественно – за такой грех единственное искупление – голову долой!

Само по себе очень интересное название для королевских слуг. Из него следует, что дело происходит в Литве и казнить его ведут знатные литовцы “панове-уланове”, которые, одновременно, язычники – “поганы татарина”

Дуная ведут на казнь. Но он применяет хитрость. Просит:

Видимо, под окнами Настасьи он начинает голосить:

Что им движет? Надеется ли он, что Настасья ему поможет, или просто хочет предупредить ее о том, что проболтался и теперь ей грозит беда?.. Так или иначе, хитрость удалась. Настасья слышит. И:

То есть, дав огромную взятку, Насасья уговаривает королевских слуг подменить Дуная и казнить вместо него “со конюшина двора конюха”. А затем отпускает Дуная на волю и сама из дома бежит.

Интересно заметить, что Настасья бежит не с Дунаем, а сама по себе. Побег для нее - не средство навсегда соедениться со счастливо спасенным любимым, а лишь бегство от гнева короля. Но если бы она не любила Дуная, то не стала бы его спасать. Это ОН ее бросает. Сбежав от короля, потеряв все, Настасья перестает быть предметом его вожделений. Дунай любил не Настасью, а именно Королевичну – ее высокий социальный статус.

“Бой Дуная с Добрыней”

То есть смысл надписи на чарке: кто выпьет – того убью. Добрыня совершенно справедливо воспринимает надпись как брошенную перчатку. Чтож, он ее поднимает:

После чего Добрыня учинил полный разгром в стане Дуная, сломав все, что увидел. И, утомившись, лег спать.

Приехавший Дунай видит спящего богатыря и все учиненное им. Написав на чарке угрожающую надпись, Дунай уже напрашивался на поединок, то есть, поступал в соответствии с богатырским, рыцарским стереотипом поведения. Сейчас Дунай может поступить по-рыцарски, – разбудить витязя и вызвать на поединок. Но он может расценить спящего и как покусившегося на его имущество разбойника. Любой неблагородный убил бы Добрыню спящего или связал его и отвез князю на суд.

Дунай считает себя благородным. Он выбирает богатырский стереотип поведения: будит Добрыню, и сходится с ним в поединке. В ходе битвы никто из них одолеть другого не может.

Тут на поединщиков случайно натыкается Илья Муромец со товарищи. Весьма комичен примененный в былине литературный прием: увидев Илью Муромца, каждый из богатырей надеется, что “названый брат” поможет ему убить неприятеля. Причем, Добрыня думает: “И пособит он убить мне татарина”, - то есть, Дунай не воспринимается им как свой, русский богатырь.

Видя бъющихся насмерть богатырей, Илья Муромец говорит:

И тут происходит самое интересное: “Дунаюшка расплакался, и стару он казаку да разжалился…”

Так и вспоминается: “Все же, все, что нажито непосильным трудом – все пропало!..”

Дунай жалуется Илье на противника, которого сам же и вызвал на бой! Такое поведение богатырю совсем не пристало. Так и хочется ответить Дунаю цитатой из того же фильма: “Ты чьих будешь, холоп?”

Илья Муромец, как защитник справедливости и вообще всех сирых, убогих и обездоленных, выслушав жалобу, решает:

И тут приходится оправдываться Добрыне. Он не отрицает совершенного поступка (честность - это одна из неперменных добродетелей богатырей), Добрыня просто рассказывает ВСЮ историю, объясняя свою мотивацию.

При этом Добрыня признает, что был не прав, разрушая имущество Дуная. По здравом рассуждении, чтобы принять брошенный Дунаем вызов достаточно было и просто выпить зелена вина. И Добрыня объясняет учиненный погром тем, что “Очи ясные у меня тогда смутилися.”

Выслушав Добрыню, Илья Муромец меняет свое решение. Он говорит теперь:

То есть, Дунай виновен в том, что своей вызывающей надписю на чарке он поставил себя так, словно ему нет в Поле равных, нанеся, таким образом, заочное оскорбление всем русским богатырям, в том числе и Илье Муромцу.

Однако, Муромец не торопится рубить головы. Объяснив Дунаю “за понятия”, он стремится примирить богатырей, призывает их побрататься и ехать вместе со всеми пировать в Киев.

Конфликт, вроде бы, замят. Дунаю прощена и чрезмерная гордыня и то, что он повел себя не по-богатырски. Однако гордыня вновь толкает Дуная в беду. Он опять начинает жаловаться, теперь уже князю Владимиру. И это вовсе не мелочность Дуная, жалеющего об изорванном шатре и выпитом вине. Ведь он не требует от Добрыни возмещения убытка. Речь идет именно о восстановлении его, Дуная, попранной, как он считает, чести. Дунай стремится взять реванш. И для этого он добивается казни своего бывшего противника, а теперь уже названного брата – Добрыни, для этого он ставит под сомнение авторитет уже рассудившего их Ильи Муромца.

Добрыня Никитич снова вынужден оправдываться. И князь, естественно, принимает сторону богатырей. Впрочем, опять Дуная казнить не спешат. Вместо этого Владимир велит посадить его в глубокий погреб.

Интересно, что в этой былине нет отрицательных и положительных персонажей. И к Дунаю и к Добрыне и к князю Владимиру отношение отстраненное.

“Дунай сватает невесту Владимиру”.

Как и многие другие, эта былина начинается с очередного пира, на котором князь Владимир дает богатырям очередное задание – на этот раз, найти князю “княгиню супротивную”, то есть, достойную князя, ровню ему.

В полном соответствии с былинной традицией, охотник на столь сложное задание сразу не находится, что только подчеркивает героизм и значимость главного героя – Дуная Ивановича. Дунай предлагает князю в жены Опраксию – младшую дочь литовского короля, того самого, которому он служил в первой былине.

Оцените самомнение Дуная. Поразмыслив над достоинствами, которые должны быть присущи будущей княгине, он решает: “Ну ладно, младшая сестра моей отвергнутой любовницы - как раз ровня для князя.”

Итак, Дунай едет добывать невесту. В помощники себе он берет, естественно, не княжьи казну и войско, а нечто намного более полезное - Добрыню Никитича – самого хитроумного из всех русских богатырей. Но приехав к королю он распоряжается потрясающе бездарно:

Дунай оставляет Добрыню пасти коней и стеречь путь к отступлению, вместо того, чтобы использовать известный всем ум Добрыни в сватовстве. Он считает, что и сам справится с делом не хуже Добрыни. У нашего героя гипертрофированное самомнение. Дунай думает, что его, великого богатыря, облеченного честью быть княжеским сватом, примут здесь, позабыв про все старые грехи. Его совсем не настораживает явно язвительное королевское обращение:

Вспомним, что после прежней “верной службы” Дунай лишь чудом избежал казни от рук королевских палачей. Любой другой, помятуя об этом, заподозрил бы недоброе, поняв, что король узнал его и, тем не менее, встречает столь любезно. Однако Дунай все воспринимает как должное. Именно так его, великого и прекрасного, и должны встречать, за одни лишь красивые глаза простив все прежние грехи.

И Дунай сватает у короля Опраксию для князя Владимира. То есть, младшую дочь не постеснялся сватать тот, кто обесчестил старшую! После такого поворота королю опять изменяет выдержка. И он велит схватить Дуная и посадить в погреб. Повторим, что если бы Дунай послал Добрыню Никитича договариваться с королем, ничего подобного бы не случилось. Уж Добрыня бы короля уговорил (Вспомним былину о том, как Добрыня возил соседям дань за 12 лет, да не отдал ее, а сам с соседей дань за 12 лет взял).

Но вот по приказу короля набрасываются на Дуная стражники. Тут Дунай совершил свой очередной “подвиг”:

То есть, он стукнул по столу кулаком. И все… Даже Добрыню на помощь не додумался позвать. Впрочем, Добрыня и сам не промах. Он, видимо, сообразил, что дело плохо, взял в руку “дубину сарацинскую” и поработал в королевском дворе за двоих. Да так, что король литовский, испугавшись полного разгрома, соглашается и отдает за Владимира свою младшую дочь.

Вроде бы, по всем канонам, на удачном выполнении миссии былина должна закончится. Но нет. На обратном пути Дунай замечает в поле следы “татарина” и едет за ним в погоню, отправив Добрыню с королевичной в Киев. Странное поведение для того, кто возвращается с успешно выполненной миссией. Скорее всего, Дунай прекрасно понимает, что он-то свою часть миссии провалил. Ему просто стыдно возвращаться в Киев, не совершив никакого подвига.

Тот свистит, и Дунай... падает с коня. А ведь свистела, скажу вам по секрету, Настасья… То есть, баба свиснула, и Дунай с коня упал. Сравните-ка с Ильей Муромцем – когда свистел Слолвей-Разбойник, то конь под Ильей спотыкнулся, а сам богатырь подъехал, и победил врага… Похоже, рассказчик былины просто издевается над Дунаем. Раз за разом витязь встречает типичные для былинного богатыря испытания и раз за разом показывает свою несостоятельность.

Впрочем, женьщину-то он одолеть сумел. И хотел уже добить ножом, но увидел, кто это и:

Он узнает Настасью-Королевичну. Раньше она была просто бродяжка, сбежавшая от отца, а теперь – сестра княгини Киевской! Дунай, естественно, предлагает ей поженится. Тем более, что он взял ее в плен. Для Дуная было бы нестерпимо тяжело искать и просить выйти за него замуж брошенную когда-то Настасью, теперь же все получилось просто замечательно - выгодный брак и никакого ущерба для самолюбия.

Уж теперь-то по всем канонам должен наступить Happy End.

Но у Дуная в душе до сих пор незажившей раной тот первый пир, на котором ему было нечем похвастаться. Сейчас он берет реванш.

В своем бахвальстве Дунай опять напрашивается на неприятности. Он себя ставит выше всех других богатырей, а своего сюзерена, князя Владимира, фамильярно называет другом, не осознавая, что если сейчас его слова воспримут всерьез, то погребом, как в прошлый раз, он не отделается.

И любящая жена пытается его урезонить:

То есть, она ему ласково так объясняет, с кого ему брать пример.

Он не может и не хочет понять, что сам себя позорит. Он решает, что его опозорила жена и вызывает ее на состязанье в стрельбе из лука. И, разумеется, проигрывает. После чего Дунай

И Настасья начинает упрашивать Дуная. Она просит не за себя, так как хорошо знает мужа и понимает, что этого поражения он ей не простит. Она просит Дуная отсрочить казнь:

Такого ребенка можно было родить только от большой любви. Но поверить в такую любовь Дунай был не способен. Он любит лишь себя. Последний и главный тест – на благородство, на уважение и любовь к жизни он тоже не выдерживает.

Он убивает свою жену и поступает с ней, как с побежденным врагом:

Дунай, вместе с ненавистной ему теперь Настасьей, убивает и своего единственного ребенка, да такого, который дал бы ему славу, гордость и все то, к чему Дунай так рвался всю жизнь. Он сам убивает свой последний шанс хоть как-то состояться в жизни.

И он кончает с собой. Не потому, что прозрел и раскаялся, а с великой досады.

Видимо, основой былинного цикла про Дуная стали легенды, еще тех древних языческих времен, когда река Дунай была местом обитания славян. Но на древнюю легенду постепенно наслоилось множество сюжетов, оставив нам лишь отголоски изначального варианта – имя Дуная, реку из крови героя, да обычай вынимать сердце и печень поверженного врага.

Дошедшая же до нас структура былинного цикла и мораль, заложенная в нее, сформировались, видимо, только в XV-XVII вв. Но мораль эта не навязчива. Она проступает из сюжета подспудно, затрагивая душу каждого человека.

История Дуная - это трагедия эгоиста, который всю жизнь стремился занять не свое место, упорно не желая понять и принять то счастье, которое само шло к нему в руки. Но не только.

Дунай - герой. Он наполнен той же богатырской силой, что и Илья Муромец, Добрыня Никитич и прочие былинные богатыри. И они признают его за равного, потому что чувствуют в нем эту богатырскую силу. Но Герой не может быть эгоистом. Непомерный эгоцентризм Дуная лишает его чувства юмора, умения здраво рассуждать, слушать советы других и уважать чье-либо мнение кроме своего. Именно из-за этого его преследуют неудачи. Богатыри живут и совершают подвиги для других. Слава для них - не самоцель, как у Дуная.

Эгоцентризм, в сочетании с богатырской силой может привести только к таким чудовищьным результатам, которые и описаны в былине. Эгоизм - это самоуничтожение. Дунай своими руками убивает все то ценное и важное, что только есть у него – любовь, потомство, славу, честь и саму жизнь. И в этом главная мудрость былины.

На главную страницу.